Как состояние почв связано с антимикробной резистентностью, почему экологические риски Центральной Азии требуют совместных решений и какую роль играет концепция «Единое здоровье»? Об этом мы поговорили с доктором Ольгой Шибистовой, научным сотрудником секции почвоведения Института наук о системе Земли Университета Лейбница в Ганновере (Германия).
Почва — это не только основа для выращивания сельскохозяйственных культур и важнейший резервуар биоразнообразия. Она также хранит огромный объём генетической информации, включая гены устойчивости к антибиотикам. Именно поэтому состояние почв имеет значение не только для сельского хозяйства и экологии, но и для общественного здравоохранения.
В рамках концепции «Единое здоровье» эта взаимосвязь приобретает особое значение: микроорганизмы, загрязняющие вещества и гены устойчивости могут перемещаться между почвой, водой, животными, продуктами питания и человеком. Деградация земель, засоление и загрязнение окружающей среды способны усиливать эти риски.
В интервью Ольга Шибистова рассказывает, почему здоровье почв необходимо рассматривать как инвестицию в здоровье человека и продовольственную безопасность, какие экологические угрозы имеют трансграничный характер и почему странам Центральной Азии важно развивать совместные исследования и системы мониторинга.
Когда деградация почв становится проблемой общественного здравоохранения? Где проходит эта граница?
Между деградацией почв и общественным здоровьем редко существует чёткая граница. Их взаимосвязь непрерывна и определяется сложной сетью взаимосвязанных процессов.
Однако изменения окружающей среды иногда достигают критических порогов, после которых последствия становится трудно обратить вспять. Яркий пример — катастрофа Аральского моря.
Почва — это живая система, а не просто субстрат для выращивания сельскохозяйственных культур. Её физические, химические и биологические функции тесно взаимосвязаны, объединяя почву, воду, продовольствие, экосистемы и здоровье человека.
Когда эти функции нарушаются, последствия распространяются на всю систему: от снижения продовольственной безопасности и ухудшения качества питания до ухудшения качества воды, высвобождения загрязняющих веществ и изменения микробных сообществ, включая процессы, связанные с антимикробной резистентностью.
В бассейне Аральского моря нерациональное управление водными ресурсами привело к резкому сокращению площади моря и образованию пустыни Аралкум. Ветровая эрозия обнажившихся донных отложений вызывает масштабные выбросы пыли. Согласно научному моделированию, при изученных условиях их объём может составлять около 27 миллионов тонн в год.
Исследования выявили наличие хлорорганических пестицидов и других загрязнителей в окружающих водах и почвах, а также в переносимой по воздуху пыли, содержащей остатки пестицидов. Такая пыль способна пересекать государственные границы, вызывая обеспокоенность по поводу потенциального воздействия на здоровье людей далеко за пределами пострадавшего региона.
То, что начиналось как кризис управления водными ресурсами, превратилось в глубокую трансформацию целой экосистемы, создав множество путей воздействия загрязнителей на человека. Аральское море наглядно показывает, как экологические нагрузки могут накапливаться до достижения критического порога, после которого последствия выходят далеко за рамки первоначальной проблемы.
При этом многие взаимосвязи между состоянием почв и здоровьем человека до сих пор недостаточно изучены и количественно оценены. Мы только начинаем понимать, как экологический стресс влияет на отбор и сохранение генов устойчивости к антибиотикам в почве, а также как изменения почвенных микробных сообществ могут воздействовать на микробиом человека через продукты питания и другие факторы окружающей среды.
Так где же проходит эта граница?
На мой взгляд, она проходит там, где утрата почвой своих функций приводит к утрате её защитной роли для здоровья человека. И к тому времени, когда последствия становятся заметны в статистике медицинских учреждений, мы, возможно, уже давно перешли эту границу.
Какие взаимосвязи в рамках концепции «Единое здоровье» особенно недооцениваются?
Пожалуй, наиболее недооценённый аспект концепции «Единое здоровье» — это невидимая биологическая сеть, связывающая почву, растения, животных, воду и человека.
Под нашими ногами существует чрезвычайно разнообразный мир микроорганизмов, который регулирует круговорот питательных веществ, поддерживает здоровье растений, подавляет патогены и помогает определять качество и безопасность продуктов питания.
Однако у этой биологической сети есть и другая сторона. Почва — это не только резервуар биоразнообразия, но и огромный резервуар генетической информации, включая гены устойчивости к антибиотикам.
И здесь мы подходим к одной из наиболее актуальных проблем в рамках концепции «Единое здоровье» — антимикробной резистентности.
Мы привыкли связывать устойчивость к антибиотикам с больницами и животноводством. Однако почвы также являются важными резервуарами генов устойчивости к антибиотикам. Навоз и сточные воды могут заносить устойчивые микроорганизмы и гены резистентности в сельскохозяйственные почвы. Там они могут сохраняться, распространяться среди микробных сообществ и потенциально попадать в пищевые цепочки и водные системы.
Ещё более примечательно то, что для сохранения устойчивости к антибиотикам сами антибиотики не всегда необходимы.
Недавнее метагеномное исследование, проведённое в Восточном Казахстане, выявило связь между загрязнением тяжёлыми металлами и наличием генов устойчивости к антибиотикам в почвенных микробных сообществах. Это указывает на то, что загрязнение металлами может способствовать совместному отбору признаков устойчивости к антибиотикам. Таким образом, промышленное загрязнение неожиданно оказывается связанным с одной из важнейших глобальных проблем здравоохранения.
Но антимикробная резистентность — лишь часть общей картины.
Почвенные микробные сообщества также обеспечивают важную естественную биологическую защиту растений. Когда засоление, засуха или загрязнение нарушают работу этих сообществ, возникает риск ослабления естественных механизмов подавления болезней, круговорота питательных веществ и устойчивости растений. Это может иметь последствия для сельскохозяйственного производства и потенциально влиять на качество продуктов питания.
Парадокс заключается в том, что один и тот же микробный мир, который помогает защищать наши продовольственные системы, одновременно может становиться экологическим резервуаром генов устойчивости к антибиотикам.
Для Центральной Азии, где орошение, животноводство, засоление почв и дефицит воды тесно взаимосвязаны, понимание этих процессов имеет особое значение. Тем не менее мы по-прежнему осуществляем мониторинг почв, воды, сельского хозяйства, здоровья животных и здоровья людей по отдельности, хотя микроорганизмы, загрязнители и гены устойчивости свободно перемещаются между этими системами.
Концепция «Единое здоровье» не сможет реализоваться в полной мере, пока наши научные исследования остаются разрозненными, а экологические процессы, которые мы стремимся изучить, по своей природе взаимосвязаны.
Может ли состояние почвы служить ранним индикатором будущих рисков для общественного здоровья? Какие изменения специалисты должны выявлять до того, как экологическая проблема перерастёт в кризис?
Безусловно. Состояние почв может служить источником ранних предупреждающих сигналов о рисках для здоровья и благополучия человека задолго до того, как их последствия станут заметны в статистике общественного здравоохранения.
Главное — оценивать физические, химические и биологические показатели состояния почв в контексте всей взаимосвязи «почва — окружающая среда — продовольствие — здоровье человека», учитывая промежуточные звенья этой цепочки и их влияние на здоровье людей.
К основным показателям относятся:
- Физические: структура почвы и способность воды проникать в неё.
- Химические: содержание органического углерода, уровень pH, засолённость, доступность питательных веществ и биодоступность загрязняющих веществ.
- Биологические: микробная биомасса, биологическая активность и функциональное разнообразие.
Их значение для концепции «Единое здоровье» заключается в понимании того, как эти характеристики совместно влияют на качество продуктов питания, безопасность воды, воздействие загрязняющих веществ и микробиологические риски на всём пути от почвы до здоровья человека.
Нам необходимо понимать, как почвы регулируют доступность жизненно важных питательных веществ, количество и качество воды, а также подвижность и биодоступность загрязнителей. Одновременно важно учитывать их влияние на микробные сообщества, выживаемость и вирулентность патогенов, а также устойчивость к антибиотикам.
Например, доступность цинка и селена в почве может влиять на их концентрацию в сельскохозяйственных культурах и, соответственно, на их вклад в питание человека. Структура почвы и процессы фильтрации влияют на качество воды, а подвижность и биодоступность загрязнителей определяют вероятность их попадания в продукты питания и воду. Новые виды загрязнителей, такие как микропластик, могут дополнительно изменять эти взаимосвязи.
Экологический стресс также способен изменять микробные сообщества, влиять на поведение патогенов и способствовать отбору и сохранению генов устойчивости к антибиотикам. Мониторинг этих изменений наряду с традиционными показателями состояния почв может стать дополнительным инструментом раннего предупреждения.
Ключевой шаг — связать показатели состояния почв с измерениями на всём пути воздействия: от почвы через воду, сельскохозяйственные культуры, животноводство и продукты питания до населения. Обнаружение опасного фактора не обязательно означает, что люди уже подвергаются его воздействию. Однако выявление таких взаимосвязей позволяет определить, где необходимы профилактические меры.
Для Центральной Азии это требует внедрения интегрированного мониторинга, объединяющего почвоведение, сельское хозяйство, охрану окружающей среды, безопасность пищевых продуктов и общественное здравоохранение.
В конечном счёте мониторинг состояния почв должен стать инструментом профилактики в сфере общественного здравоохранения — помогать выявлять возникающие риски, понимать, как они развиваются в экологических и продовольственных системах, и принимать меры до того, как они перерастут в кризис здоровья.
Какие риски, связанные с деградацией земель и состоянием окружающей среды, невозможно эффективно решать исключительно на национальном уровне, если рассматривать Центральную Азию как единую экологическую систему?
Центральная Азия разделена государственными границами, однако её водные ресурсы, атмосфера, экосистемы и экологические риски взаимосвязаны. Ни одна страна не может полностью защитить экологическое здоровье самостоятельно.
Катастрофа Аральского моря, пожалуй, является наиболее наглядным примером. Решения по использованию водных ресурсов в пределах общего речного бассейна привели к трансформации целой региональной экосистемы. Сегодня обнажившиеся донные отложения пустыни Аралкум являются источником пыли и связанных с ней загрязняющих веществ, которые могут переноситься далеко за пределы места своего возникновения.
Трансграничные водные системы представляют собой ещё одну серьёзную проблему. Амударья и Сырдарья связывают управление земельными и водными ресурсами в верховьях рек с орошением, засолением почв, качеством воды, продуктивностью сельского хозяйства и благополучием населения в нижнем течении. Загрязнение или чрезмерный забор воды в одной части бассейна могут иметь последствия для других территорий.
Однако проблема не ограничивается водой и пылью. Загрязняющие вещества, патогены и гены устойчивости к антибиотикам также могут распространяться через общие водные пути, торговлю сельскохозяйственной продукцией и перемещение животных. Эти процессы требуют согласованного мониторинга, а не изолированных национальных оценок.
Изменение климата добавляет ещё один фактор риска, усиливая нагрузку на водные ресурсы, экосистемы засушливых территорий и источники средств к существованию сельского населения во всём регионе.
Основная проблема заключается в том, что мы имеем дело со взаимосвязанными экологическими процессами, но управляем ими с помощью разрозненных национальных систем мониторинга и управления.
Центральной Азии необходимо общее понимание экологических рисков, согласованные методы мониторинга, а также механизмы обмена данными и координации профилактических мер.
Экологическое здоровье, включая здоровье почв, является региональным общественным благом. Его защита требует от стран действий не только в пределах собственных границ, но и в рамках общих экологических систем.
Какие решения необходимо начать реализовывать уже сегодня, чтобы через десять лет Центральная Азия получила более здоровые почвы, устойчивые экосистемы и здоровые сообщества?
Десять лет — вполне реалистичный срок для достижения значимых изменений, но только в том случае, если мы начнём рассматривать здоровье почв как инвестицию в здоровье человека, продовольственную безопасность и устойчивость будущих поколений.
Первым приоритетом должно стать создание согласованной региональной системы мониторинга состояния почв, основанной на унифицированных физических, химических и биологических показателях. Эту систему необходимо связать с данными о качестве воды, безопасности пищевых продуктов, воздействии факторов окружающей среды и общественном здоровье. Это позволит выявлять возникающие риски и оценивать эффективность принимаемых мер.
Однако одного мониторинга недостаточно для восстановления функций почв. Необходимо преобразовывать научные знания в практические подходы к управлению земельными ресурсами: сокращать эрозию и засоление, улучшать управление органическим углеродом почв, повышать эффективность использования воды и восстанавливать биологическое функционирование сельскохозяйственных и деградированных почв.
Не менее важно укреплять научный потенциал. Центральной Азии необходимы общая исследовательская инфраструктура, сопоставимые аналитические методы, долгосрочные экспериментальные площадки и возможности для молодых учёных работать на стыке различных научных дисциплин и между странами региона. Именно в этом направлении мы работаем в рамках проекта ExSoil — инициативы по развитию сети компетенций в области почвоведения в Центральной Азии и Монголии. Наша цель — объединить научные учреждения, укрепить образовательный и исследовательский потенциал, а также заложить основы для создания регионального Виртуального института здоровья почв.
Однако научное сотрудничество в конечном итоге должно находить отражение в государственной политике. Здоровье почв должно стать частью планирования сельскохозяйственной деятельности, охраны окружающей среды, адаптации к изменению климата и стратегий «Единого здоровья» — при наличии измеримых целевых показателей и долгосрочных институциональных обязательств. И, пожалуй, самое важное изменение должно произойти на концептуальном уровне: нам необходимо перестать рассматривать почву исключительно как сельскохозяйственный ресурс и признать её важнейшей основой здоровья человека и экосистем.
Если мы начнём действовать уже сегодня, то через десять лет у нас должны быть не просто более качественные данные о состоянии почв. Мы должны получить более здоровые ландшафты, безопасные продукты питания и воду, сильные научные институты и сообщества, лучше защищённые от экологических и медицинских рисков.
Шоира Тоирова — PR-специалист программы «Единое здоровье», shoira.tajikistan@gmail.com
Настоящая публикация подготовлена Региональным экологическим центром Центральной Азии в рамках региональной программы «Единое здоровье» в Центральной Азии. Программа реализуется при финансовой поддержке Всемирного банка и Пандемического фонда. Ответственность за содержание публикации несёт исключительно автор. Изложенные мнения не обязательно отражают официальную позицию Всемирного банка и Пандемического фонда.
Дополнительная информация:
Оксана Кравцова — координатор региональной программы «Единое здоровье» РЭЦЦА, okravtsova@carececo.org